Клод Адриан Гельвеций

Французский философ

Клод Адриан Гельвеций

Родился: январь 1715 г. Умер: 26.12.1771 г.

ДОМИНАНТА ОРИГИНАЛЬНОСТИ:

  • Чтобы любить людей, надо от них мало ожидать.
  • С заблуждениями будет покончено лишь тогда, когда обломки мира будут блуждать в пространстве.
  • Каждая общественная эпоха нуждается в своих великих людях, и, если их нет, она их изобретает.
  • Философия, как доказывает этимология самого этого слова состоит в любви к мудрости и в поисках истины. Но всякая любовь есть страсть.

Мысли

Всё, что мы называем героической доблестью и чем восхищаемся как величием и возвышенностью духа, есть не что иное, как спокойная и твер­до обоснованная гордость и самоуважение…

    Степень ума, необходимая, чтобы нам понравиться, является точной мерой степени нашего собственного ума.

      Заблуждения порой таковы, что их построение требует больше соображения и ума, чем открытие истины.

        В мире совсем нет доказательства, ибо то, что называют доказательством, имеет место только при вычислении, а ведь вычисление — это не что иное, как изложенная истина. Ибо, когда я говорю, что 2 х 2 = 4, я не говорю ничего, кроме того, что 4 = 4, а вся геометрия и учение об отношениях заключены в этом. У нас всегда есть только неправдоподобие, чтобы им руководствоваться и т. д. Этот аргумент может служить религии.

          Молодого человека, чьи чувства горячи, больше тронут любовные и нежные образы, чем человека более зрелого возраста, который находит удовольствие в мудрых философских размышлениях о поведении в жиз­ни и воздержании от страстей. В 20 лет любимым писателем может быть Овидий, в 40 — Гораций и в 50, — быть может, Тацит. В таких случаях мы напрасно бы пытались проникнуться чувствами других, лишая себя склон­ностей, свойственных нам по природе. Мы выбираем себе любимого писа­теля так, как выбираем друга, исходя из склонности и расположения.
            Говорят, что всякий удар злобен и плох. Но почему тогда, скажите, мы смеемся над гневом и ударами ребенка?
              Иногда из двух людей более честен в своих поступках тот, кто охвачен меньшей страстью к добродетели.
                Нет ни скупца, который бы раз в жизни не оказался щедрым, ни чело-века щедрого, который раз в жизни не поступил бы как скупец, ни негодяя, не совершившего хоть одно доброе дело, ни дурака, не обмолвившегося остроумным словом, и, наконец, нет человека, который, если объеди¬нить некоторые из совершенных им в жизни поступков, не оказался бы . полным самых противоречивых добродетелей и пороков.
                  Почти все философские точки зрения ни к чему не приводят, как бы они ни были превосходны.
                    Самые великие умы делают самые большие ошибки. Так тучи переходят в бурю.
                      Те, кто хочет знать и слушать все различные мнения, гораздо более способны к познанию истины: подобно тому как лошадь, которая прошла страну во всех направлениях, знает ее лучше, чем лошадь, привязанная к колесу и всегда идущая лишь по небольшому кругу.
                        Окруженный карликами более высокий карлик считает себя гигантом, которого видно отовсюду.
                          Я бы советовал занимать место в центре колеса фортуны: если вы и не сможете подняться достаточно высоко, то по крайней мере не сможете опуститься слишком низко.
                            Прекрасное в мысли лишь редкое.
                              Сильная мысль выражается сильно.
                                Когда глупец занимает должность, с ним обращаются как с гением. Когда стволу дерева придана форма бога и оно поставлено на алтарь, забывают, что из того же дерева делают поленья, и Ваала на алтаре принимают за бога.
                                  Если хочешь поступать честно, принимай в расчет и верь только общественному интересу.
                                    Надо брать людей такими, как они есть; раздражаться следствиями их себялюбия — значит жаловаться на весенние бури, летнюю жару, осенние дожди и зимние стужи.
                                      Кто доступен сильным страстям, способен на самые великие поступки.
                                        Не подлежит сомнению, что каждый человек имеет необходимым об-самое высокое мнение о себе, и поэтому в других мы уважаем толь-ко наш образ и сходство с нами.
                                          Привычка к какому-нибудь впечатлению притупляет его яркость Я холодно смотрю на то, что я всегда вижу, и одна и та же красота в конце концов для меня перестает быть красотой.
                                            Идеи, которые мы с трудом схватываем, никогда не ощущаются нами сильно. Картина, перегруженная фигурами, слишком сложное построение, например, книги вызывают в нас, если можно так выразиться, притуплённое и слабое впечатление. Таково ощущение, испытываемое при виде тех готических храмов, которые архитектор перегрузил скульптурными изображениями. Рассеянный взор, утомленный множеством орнаментов, не может ни на чем остановиться, и это оставляет тягостное впечатление.
                                              Слишком много ощущений сразу воспринимается как хаос; их обилие уничтожает их действие. При равной величине меня особенно поражает то здание, которое мой глаз легко охватывает в его целом, каждая часть которого производит на меня наиболее ясное и отчетливое впечатление. Поэтому благородная, простая и величественная архитектура греков всегда будет пользоваться предпочтением перед легкой, хаотической и непропорциональной готической архитектурой.
                                                Тот, кто изобразил бы на сцене трагическое действие так, как оно действительно происходило, сильно рисковал бы нагнать скуку на зрителей. Что же должен сделать поэт? Устранить из этого действия все то, что не может произвести яркого и сильного впечатления.
                                                  Ты хочешь нравиться людям? Цени их ум.
                                                    Будь гражданином, ибо родина нужна для твоей безопасности, для твоих удовольствий, для твоего благополучия.
                                                      Человек является воспитанником всех окружающих его предметов, всех тех положений, в которые его ставит случай.
                                                        Очень трудно хвалить того, кто столь заслуживает похвалы.
                                                          Любовь к славе есть лишь желание нравиться себе подобным.
                                                            Удовольствие должно быть наградой за труд.
                                                              Если хочешь быть богатым, не помышляй увеличить свое имущество, а только уменьши свою жадность.
                                                                Слово добродетель одинаково применимое к благоразумию, к мужеству, к милосердию, имеет неопределенное, расплывчатое значение. Однако оно всегда вызывает в уме смутную идею о некоем качестве, полезном для общества.
                                                                  Только тог может считать себя свободным от зависти, кто никогда не изучал себя.
                                                                    Знание некоторых принципов легко возмещает незнание некоторых фактов.
                                                                      Дорога к гуманизму — отождествление себя с несчастными.
                                                                        Что такое нравственность? Наука о соглашениях, придуманных людьми для того, чтобы совместно жить наиболее счастливым образом. Подлинная цель этой науки — счастье наибольшего числа людей.
                                                                          Искусство политики — это искусство делать так, чтобы каждому было выгодно быть добродетельным.
                                                                            Какой результат имели до сих пор самые прекрасные предписания этики? Они исправили несколько отдельных лиц от недостатков, в которых они, может быть, себя упрекали, но в нравах наций они не произвели никакого изменения.
                                                                              Если посмотреть на человеческую натуру изнутри, то схема становления нашего естества будет такой: сначала физическая чувствительность вызвала у нас любовь к удовольствию и отвращение к страданию, затем чувства удовольствия и страдания посеяли и взрастили во всех сердцах семена себялюбия, которые, развиваясь, породили страсти, из коих про¬истекли все наши пороки и добродетели.
                                                                                Счастье людей заключается в том, чтобы любить делать то, что они должны делать.
                                                                                  Одинаковое счастье — быть победителем или побежденным в битвах любви.
                                                                                    Счастье заключается не столько в обладании, сколько в процессе овладения предметом наших желаний.
                                                                                      Справедливость наших суждений и поступков есть всегда только счастливое совпадение наших интересов с интересами общественными.
                                                                                        Море не выходит из предписанных границ. На это отваживается только человек.
                                                                                          Разум дан нам, чтобы служить страстям, а не бороться с ними. Это их советник, а не тиран.
                                                                                            Гений похож на те обширные земли, где встречаются места мало ухоженные и плохо обработанные: на столь обширном пространстве нельзя все тщательно обработать. Только люди небольшого ума присматривают за всем: маленький садик легко держать в порядке.
                                                                                              Требуется гораздо больше ума, чтобы передать свои идеи, чем чтобы иметь их.. Это доказано тем, что существует много людей, которые считаются умными, но пишут очень плохие сочинения.
                                                                                                Нередко человек бывает слишком благоразумным, чтобы быть великим. Надо немного фанатизма, чтобы добиться славы и в литературе, и в государственных делах.
                                                                                                  Истина рождается из различных споров. Следовательно, напрасно не осмеливаются спорить и говорить обо всем.
                                                                                                    Даже самые малые предметы имеют бесчисленное множество отношений. Ограниченный человеческий ум их не может понять, так как охотно полагает, будто отношения, которых он не замечает, вовсе не существуют.
                                                                                                      Предрассудки для ума то же, что министры для королей. Министры лишают соперников доступа к королям, предрассудки таким же образом лишают добродетели доступа к уму, боясь потерять власть, которую они у них узурпировали.
                                                                                                        Наслаждение — это единственное применение жизни.
                                                                                                          Великие люди — это те, кто изобретает и делает то, что кажется другим невозможным. Но для этого нужно, чтобы счастливый случай ставил людей на такое место, где они могли бы осуществлять то, что ими задумано; в противном случае их обычно считают мечтателями.
                                                                                                            В мире нет ничего абсолютного, кроме существования и не существования. Все остальное поддается вычислению и является относительным.
                                                                                                              Человеческий ум настолько ограничен, что ему нужна привычка даже для того, чтобы приучить себя воспринимать доказанные истины и верить в них. Что касается истин новых, то нужно, чтобы ум был некоторым образом приучен внимательно рассматривать их в течение какого-то времени, чтоб к поверить в них.
                                                                                                                Опасно давать советы глупым королям. Они всегда приносят в жертву советчика льстецам.
                                                                                                                  Большие заслуги и большой ум — опасное оружие. Лучше быть изворотливым и низким. Испанский кардинал Диего Эспиноза (1502-1572), попавший в немилость при Филиппе И, отличался от кардинала Хименеса и потому умер в опале, а принц Рии Гомез де Сильва Эболи (умер в 1573 г.) — испанский политик, советник Филиппа 2, точно был посредственным человеком, но умер фаворитом.
                                                                                                                    Земля не дает фруктов деревьям, пока они не отдадут ей свои цветы. Бог не давал миру Ньютона, пока не были отброшены химеры древних философов.
                                                                                                                      Истинность вещей зависит от точки зрения, с которой их рассматривают. Так, небесные светила нам кажутся точками огня, когда рассматриваются в выпуклое зеркало. Звезды кажутся гораздо более удаленными друг от друга, чем они есть на самом деле, и, кто знает, не видим ли мы все при помощи этого зеркала.
                                                                                                                        Люди недалекие называют людей большого ума безумными. Так чело¬век с прекрасным зрением, находящийся на марсе корабля, кричит своим товарищам: «Я вижу землю». Все взбираются на марс, но никто ее не видит, и все называют его безумным, подобно тому как он их — близорукими. Нужно, чтобы опыт убедил его товарищей, и если бы судно попало в штиль, то они продолжали бы обращаться с ним таким же образом.
                                                                                                                          Локк не произвел такого шума, как древние философы, которые имели учеников, отражавших их взгляды, и были подобны светильникам, находящимся в середине зеркального кабинета, свет которых многократно отражается вдали и кажется очень ярким; стоит убрать зеркала, как становится видно, что все это было делом не столько светильников, сколько зеркал.
                                                                                                                            Если, читая мои книги, вы почувствуете, что я брался за предметы, превышающие мои силы, то в свое оправдание я замечу следующее: но кто же знает себя настолько, чтобы верно их (эти силы) оценить!

                                                                                                                              Я продолжаю еще учиться, моё воспитание еще не закончено. Когда же оно закончится? Когда я не буду способен к нему: после моей смерти. Вся моя жизнь есть, собственно говоря, лишь одно длинное воспитание.

                                                                                                                                Советую прочитать:  Поль Анри Тири Гольбах


                                                                                                                                Похожие статьи: